воскресенье, 25 января 2015 г.

Галантность Галанта


Ури Авнери



Для многих израильтян совершенно очевидно, что внезапное усиление напряженности на северной границе, вызванное неспровоцированной и бессмысленной атакой Израиля, это избирательный трюк Нетаньяху и его компаньонов.
ЕСТЬ ТАКОЙ анекдот о садисте и мазохисте.
«Врежь мне! Отметель меня! Дай мне пинка!» – умоляет мазохист садиста,
Садист усмехается жестокой ухмылкой и медленно протягивает: «Не дам!»
ЭТО, в той или иной мере, отражает в данный момент ситуацию на нашей северной границе.

Два израильских беспилотника сбросили бомбы (или пустили ракеты) на небольшой конвой Хизбаллы в нескольких милях за сирийской границей на Голанских высотах. Двенадцать человек погибли. Один из них – иранский генерал, другой – молодой офицер Хизбаллы, сын Имада Мугнии, высокопоставленного офицера той же Хизбаллы, который семь лет назад также был убит Израилем при взрыве автомобиля в Дамаске.
Убийство иранского генерала было, возможно, случайным. Израильская разведка, вероятно, не знала, что в составе конвоя были пять офицеров Иранской революционной гвардии. Офицер израильской армии косвенно признал этот факт. Другой офицер опроверг утверждения первого.
Извинений Израиль, разумеется, не принес. Да и за что извиняться, если он не признаёт себя виновником? Израиль не приносит извинений. Ни за что, и никогда. И действительно, одна крайне правая партия выступила в теперешней избирательной кампании с лозунгом: «Никаких извинений!»
Намеченной жертвой нападения был 25-летний Джихад Мугния, младший офицер Хизбаллы, единственным атрибутом славы которого было имя его семейства.
СРАЗУ ЖЕ после убийства возникли вопросы: «Зачем? Зачем теперь? Вообще зачем?»
Израильско-сирийская граница (точнее, линия прекращения огня) уже несколько десятилетий была самой спокойной границей Израиля. Никаких перестрелок. Ничего.
Асад-отец и Асад-сын следили за этим. Они не видели никакой выгоды в том, чтобы провоцировать Израиль. После Войны Судного Дня 1973 года, начавшейся внезапным ошеломительным успехом сирийцев и закончившейся их полным разгромом, Асад не хотел никаких новых авантюр.
Даже когда Ариэль Шарон напал на Ливан в 1982 году, дислоцированные в Ливане сирийские войска не вмешались. Но поскольку одна из целей начатой Шароном войны состояла в том, чтобы изгнать сирийцев из Ливана, он открыл по ним огонь и вынудил их вмешаться. Эта авантюра закончилась успехом Сирии.
Если у Басара аль-Асада и возникали тайные мысли о том, чтобы сцепиться с Израилем (их вероятно, никогда и не было), после начала гражданской войны в Сирии более четырех лет назад, от них не осталось и следа. Асад и различные фракции мятежников были заняты своими кровавыми разборками, а до Израиля им не было дела.
ЗАЧЕМ ЖЕ израильские беспилотники напали на небольшой конвой союзников Асада – Хизбаллы и Ирана? Очень сомнительно, что у них были агрессивные намерения в отношении Израиля. Скорее всего, они прочесывали территорию в поисках сирийских повстанцев.
Израильское правительство и армия ничего не объяснили. И как они могли объяснить, если они официально не признавались в совершении этой акции? И не сделали даже неофициального намека.
Но слон в комнате всё же был: израильские выборы.
Теперь мы посреди избирательной кампании. Была ли и могла ли быть связь между избирательной кампанией и атакой?
Еще какая!
ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, что наши лидеры могли отдать приказ о военных действиях, чтобы повысить свой шанс на выборах, граничит с изменой.
Но такое случалось и раньше. Да, случалось в ходе многих из наших 19-ти избирательных кампаний до настоящего времени.
Первые выборы состоялись, когда мы всё еще вели войну. И, конечно, наш военный предводитель, Давид Бен-Гурион, победил на выборах.
Вторые выборы прошли в период войны с арабскими «инфильтрантами» при почти ежедневных инцидентах на новых границах. Кто победил? Бен-Гурион.
И так далее. В 1981 году, когда Менахем Бегин отдал приказ о бомбардировке иракского ядерного реактора, нашелся смельчак, предположивший, что эта акция была связана с приближавшимися выборами в Кнессет. Это дало Бегину возможность произнести одну из своих величайших речей. Бегин был выдающимся оратором в европейской (но совсем не израильской) традиции.
«Евреи! – обратился он к слушателям. – Вы знаете меня много лет. Можете ли вы поверить, что я послал наших отважных ребят на опасное задание, при выполнении которого они могли бы погибнуть или, что еще хуже, оказаться в плену у этих зверей в человеческом облике, чтобы набрать больше голосов?» И слушавшие проревели: «Нет!»
Свою роль сыграла и другая сторона. Египтяне и сирийцы совершили внезапное нападение в Судный День 1973 года посреди израильской избирательной кампании.
После убийства в 1995 году Ицхака Рабина, его наследнику Шимону Пересу также предстояла избирательная кампания. В недолгий срок своего правления он умудрился начать и проиграть войну. Он вторгся в Ливан, и в ходе боевых действий разбомбил по ошибке ооновский лагерь беженцев. Это и положило конец войне и правлению Переса. Победил Биньямин Нетаньяху.
ПОСЛЕ известия об убийстве иранского генерала на прошлой неделе от страны и армии потребовали быть готовыми к войне.
На границе росло напряжение. Было произведено крупномасштабное развертывание войск. На север двинулись бригады бронетехники. Вблизи границы расположили ракетные батареи «Железный купол». СМИ готовили общество к ожидаемым актам возмездия со стороны Хизбаллы и Ирана.
Тут следует вспомнить об анекдоте. Нетаньяху всерьез ожидал, что глава Хизбаллы, Хасан Насралла, начнет в отместку бомбить Галилею. Но Насралла ответил лишь одной из своих загадочных улыбок.
Возмездие? Будет вам возмездие. Но не сейчас. Возможно, попозже. Возможно, в другом месте. Может быть, в Болгарии, где в отместку за убийство Имада Мугнии убили израильских туристов. Или даже в Аргентине, где прокурора, расследовавшего взрыв двух израильско-еврейских центров, нашли на этой неделе застреленным (то ли чужой, то собственной пулей). Кровавые нападения в Буэнос-Айресе 20 лет назад после очередной акции Израиля в Ливане также отнесли на счет Хизбаллы и Ирана.
Так почему же Насралла не мстит за атаку беспилотников сейчас? Когда вы ждете, что противник совершит акт возмездия, более всего действует на нервы, что этого акта нет и нет.
ЧТОБЫ понять ситуацию, нужно проанализировать ход предвыборной кампании.
Ее ведут два крупных блока: правый, возглавляемый «Ликудом», и левоцентристский, возглавляемый «Аводой». Левые обрели неожиданный импульс, благодаря объединению «Аводы» с небольшой фракцией Ципи Ливни, и теперь стали в опросах неожиданно опережать «Ликуд». Вне двух блоков остаются ортодоксы и арабские граждане, имеющие собственные программы.
Два главных блока плывут под разными флагами. «Ликуд» и компания подняли флаг безопасности. Общество считает, что когда речь идет о войне, размерах и мощи армии, Нетаньяху с союзниками заслуживают большего доверия. Общество также считает, что «Авода» с ее союзниками более эффективны, когда речь идет об экономике, ценах на жилье и тому подобных вещах.
Из этого следует, что результаты выборов определяются тем, чья программа окажется убедительней. Если в кампании будут преобладать вопросы войны и опасностей, то, вероятно, победят «правые». Если же, напротив, главными станут вопросы жилья и высокой цены на творог, шанс появится у левых.
Дело не в частностях, а в общем настроении. Каждая ракета, выпущенная Хизбаллой или ХАМАСом, станет ракетой в пользу «Ликуда». Каждый день тишины на границах будет днем в пользу «Аводы».
ПОЭТОМУ для многих израильтян совершенно очевидно, что внезапное усиление напряженности на северной границе, вызванное неспровоцированной и бессмысленной атакой Израиля, это избирательный трюк Нетаньяху и его компаньонов. Многие это понимают, но мало кто осмеливается это сказать. Политические партии опасаются, что их примут за тех, кто вонзает нож в спину армии. Обвинить Нетаньяху в том, что он идет на риск большой войны, чтобы одержать победу на выборах, вещь серьезная.
«Авода» опубликовала неуклюжее заявление в пользу армии. «Мерец» помалкивает. Арабские партии заняты составлением своего объединенного списка. Ортодоксов это не волнует.
«Гуш Шалом», к которому я принадлежу, готовился выступить с недвусмысленным обвинением.
И тут молчание было прервано с совершенно неожиданной стороны.


Генерал Галант дал интервью, в котором открыто обвинил правительство в «подогревании» северной границы ради выборов.
Галант? Быть не может!
Йоав Галант был командующим Южным военным округом во время беспощадной кампании «Литой свинец». После этого Нетаньяху назначил его новым начальником генерального штаба. Но еще до утверждения этого назначения, Галанта обвинили в присвоении общественной земли деревни для постройки на ней своего дома-дворца, и он вынужден был отказаться от назначения. Я всегда считал его махровым милитаристом
Две недели назад Галант внезапно вновь появился на сцене в качестве второго номера в списке Моше Кахлона – новой центристской партии безо всякой идейной платформы, кроме понижения цен.
Высказывание Галанта вызвало переполох, и он незаметно отступил. Но дело было сделано. Галант открыл ворота шлюза. Полчища комментаторов хлынули в них, распространяя обвинение.
Избирательная кампания после поступка Галанта прежней уже не будет.

gush-shalom

Комментариев нет:

Отправить комментарий