среда, 29 мая 2013 г.

Александр Этерман: голодные экономику не поднимут

«Плохо быть островом. В длительной перспективе – невозможно. Плохо постоянно вести войну. Плохо мыслить в колониальных терминах. Ужасная вещь – оккупация. Ибо легко показать, что она больше не окупается. Плохо иметь так много естественных монополий – но ведь на острове чуть ни каждая вошь — монополия...».

Интервью с экономическим аналитиком Александром Этерманом


- Израиль продолжает обсуждать новый бюджет и экономические меры – уже принятые и в настоящее время принимаемые Яиром Лапидом. Говорят об обмане избирателей, о том, что основной удар будет нанесен как раз по тем слоям населения, которые Лапид обещал защищать. Был ли выбор у Яира Лапида? 

- Необходимость в тех или иных «урезаниях» бесспорна, она была ясна и до выборов. Немножко обманывал избирателей Биби, прямо заявивший (вместе с Штайницем), что у правительства нет нужды в повышении налогов, так что оных повышений не будет. Но это была несерьезная ложь, ложь почти простительная. Лапида есть в чем винить - но не в обмане и даже не в мерах, направленных на уменьшение дефицита бюджета 2013-2014 годов. Впрочем, дело, как обычно, не в самих сокращениях, а в их объеме... 



- Можно было сокращать по-другому? В других местах? 

- Разумеется. В большом мире в последние годы идет интенсивный диспут по вопросу о том, как выходить из депрессии: сокращая дефицит или вливая в экономику свеженапечатанные деньги, временно о дефиците забыв. Сейчас ясно, что немногие страны, взявшие курс на т.н. "фискальное расширение" (во главе с США), были правы, а те, кто начал бороться с дефицитом (большинство европейских стран) совершили ошибку. 
Мы начали вместе с американцами, но не выдержали напряжения и поменяли фронт – как раз тогда, когда европейцы и японцы, наконец, усвоили урок. Иными словами, нам следовало поменять «рисковый фронт» и еще пару лет не обращать внимания на дефицит (который, кстати, и без того гораздо больше, чем нам рассказывают) – пока не восстановится экономический рост. Тем более что у нас, в отличие от Италии или Испании, нет – пока – ни малейших монитарных проблем или трудностей в управлении государственным долгом. Совсем наоборот – на наши шекельные и валютные эмиссии огромный спрос. Вообще-то выходит диковато: мы (Фишер) резко снижаем учетные ставки – дабы ослабить шекель – и в то же время уменьшаем правительственные расходы – то есть печатаем меньше шекелей. Это глубокое и отнюдь не радующее противоречие; оно ясно демонстрирует низкую квалификацию минфина. Хотя – это не самая серьезная его ошибка. 

- Мы возвращаемся к лапидовскому предвыборному вопросу: «Где деньги?». Или Вы считаете, что об этом можно было просто не думать? 

- Не стану напоминать, где и когда эта фраза была произнесена впервые. Но практический смысл ее примерно таков: при приличном (тогда) экономическом росте у нас, с одной стороны, жуткая дороговизна и экстремальное социальное неравенство – тире – бедность, с другой – огромный бюджетный дефицит. Куда же уходят заработанные народом деньги? В чьи карманы? Это вполне корректный вопрос, но ответ на него, увы, не звонкий. Далеко не все уходит «в карманы». У нас нет бешено наживающейся социальной прослойки. Нет группы виновных, с которых следует содрать шкуру. Виноваты все мы, израильский народ, хотя и немного по-разному. Так что здравого оперативного смысла этот вопрос не имеет. А вот вопросом о том, почему умный и развитый Израиль так сильно отстает от "первого мира", задаться стоило бы. 

- И почему? 

- Помните притчу Джона Донна об острове? Плохо быть островом. В длительной перспективе – невозможно. Плохо постоянно вести войну. Плохо мыслить в колониальных терминах. Ужасная вещь – оккупация. Ибо легко показать, что она больше не окупается. Плохо иметь так много естественных монополий – но ведь на острове чуть ни каждая вошь - монополия. Ужасно иметь почти два процента ежегодного прироста населения – как Египет (хотя там прирост падает, а у нас - растет). Плохо не иметь открытых сухопутных границ. О бойкоте полумира я уже не говорю. В результате у нас низкая и толком не растущая производительность труда... 

- О виновности в нынешнем экономическом положении: «Виновны все» и «нет виноватых» - это одно и то же. Но тогда остается перейти к другому сакраментальному вопросу русской литературы «Что делать?» Сможет ли бюджет, который предложил Яир Лапид стимулировать рост экономики? 

- Бюджет Лапида даже не ставит такой задачи. Это классический бюджет на трудные фискальные времена. Толкать экономику, по Лапиду, должен кто-то другой. Например – большой мир, если выйдет из кризиса правильным образом. Последнее, честно говоря, отнюдь не гарантировано. Я своими ушами слышал, как Лапид говорил: "Меры по призыву харедим подтолкнут экономический рост". Смешно? Несомненно, особенно если учесть, что эти меры в любом случае не будут введены до 2016 года... Или: открытие новых портов... Лет через десять, самое меньшее... На деле нас должны смущать не сиюминутные урезания Лапида, а постоянные, законодательные, проведенные минуя бюджет под соусом борьбы с дефицитом. Лапид атаковал все, что дышит, даже пенсионные накопления – верх безумия. Он изо всех сил пытается загнать в бутылку рынок недвижимости, строительную промышленность, фактически, остановить их... А ведь это четверть всей экономики! Страшны не сокращения на год-два, сколь бы они ни были болезненны, страшны «реформы», которые потом поди отмени. Не так ужасны (ошибочные) повышения подоходного налога и НДС, – видимо, временные – как многочисленные изменения правил бизнесной игры, манипуляции регуляцией, сугубо политический отказ рассмотреть (!) продажу контрольного пакета акций "Химикалиим ле-Исраэль" канадцам, бредовый "антимонопольный" (в кавычках) закон, запрещающий более чем двухуровневое устройство компаний, попытка блокировать экспорт природного газа и пр. За такие вещи в итоге очень дорого платят. Кстати, Биби против многих из этих мер – это точно известно. Но он не хочет плыть против течения... 

- А течение сейчас - оно в какую сторону? 

- Течение сейчас – то самое, которое наметил "протест" 2011 года. Против большого бизнеса, за национализацию природных ресурсов, за повышение налогов и многое другое. Против настоящего социал-демократического капитализма шведского образца в пользу чего-то реально не существующего. Ровно то, на чем сыграла в 2012 году Шели, а в 2013 – Яир. Почти все токбэки на экономических сайтах посвящены сейчас борьбе с "тайкунами". Примерно так же как на политических – борьбе с арабами. 

- Но бюджет борется далеко не только с финансовой олигархией. Как утверждает «The Marker», вчера Институт национального страхования Израиля «Битуах Леуми» выпу­стил официальное письмо, предупреждающее о возможных пагубных последствиях бюджетных сокращений, подготовленных министерством финансов под руководством Яира Лапида. Из письма следует, что экономический курс правительства приведет к резкому увеличению бедности и неравенства в обществе. Письмо «Битуах Леуми» отправлено во все израильские министерства. Авторы письма напомнили, что Израиль занимает первое место среди 34 развитых стран по проценту бедных граждан и детей, растущих в бедных семьях. При новом бюджете этот процент вырастет еще больше. Угрожает ли рост социально-экономического неравенства функционированию экономики? 

- Я ровно с этого начал нашу беседу. Нынешний бюджет ставит исключительно фискальные цели – не экономические и не социальные. Он заведомо замедлит экономический рост, увеличит неравенство (бедные теряют намного больше, чем богатые – эта арифметика также официально публиковалась), придушит немало и без того невесело живущих семей – все это исключительно для того, чтобы в 2013-2014 годах у правительства не возникло финансовых проблем. Потом фискальные урезания, вроде бы, отменят – если сумеют, разумеется. Но вот что с мерами, усугубляющими жилищную проблему – введением новых налогов, которые вводятся навечно? Они будут душить отрасль и дальше. Вводятся они, естественно, под соусом сокращений – но это лишь предлог. На деле это «реформы». Что же до прямого влияния неравенства на функционирование экономики – давным-давно доказано, что долгосрочный высокий индекс Джини отрицательно влияет на экономический рост. Вообще, ставка на голодного рабочего была бита примерно сто лет назад. 

- Существует расхожее мнение, что индустрии более всего мешают всевозможные ограничения. Например, необходимость платить минимальную зарплаты. Бизнесы убегают в страны, где рабочий труд стоит дешевле. В некоторых публикациях утверждается, что для того, чтобы производство вернулось, надо резко уменьшить налоги, а заодно отменить минимальную зарплату или как минимум поделить её на два. Могут ли подобные меры спасти экономику? 

- Замечание в сторону – а почему это рассуждение никогда не распространяют ни на Швецию, ни на Германию, ни на Голландию, откуда "производство" отнюдь не убегает? Существует, кстати сказать, теорема Рикардо, которой скоро будет ровно 200 лет. Этот еврейский гений математически доказал, что международное (да и любое другое) разделение труда определяется относительными, а не абсолютными затратами. То есть: даже если в Китае дешевле производить и компьютеры, и ботинки, нежели, скажем, в Германии, суммарно выгоднее производить один товар тут, а другой там – и так в жизни и происходит... Попросту, страна, располагающая относительными преимуществами в производстве определенных товаров, сохранит производство у себя – даже если в другой стране производить его дешевле. В противном случае, кстати, почти вся промышленность давно уже сбежала бы из развитых стран. Между тем, и Европа, и Америка вернула себе в последние годы значительную часть "сбежавшего производства" – отнюдь не отменяя ни минимальную зарплату, ни соцобеспечение. А когда в Японии несколько лет назад произошло страшное землетрясение, весь мир остался без полупроводниковых деталей. 

- Можно ли спасти производство полной отменой государственного регулирования, как это предлагают некоторые авторы, публикующие статьи на экономические темы? Допустим, если дать бизнесу полную свободу действий, а потребителю – полную свободу выбора со всеми сопутствующими рисками. Например, с риском отравиться дешёвыми пирожками или палёной водкой. То эти меры оживят производство? 

- Вообще-то идея нажима на зарплаты как способ ускорить экономику проработана до кости. Отмена минимальных заплат принесет только одно: определенный рост числа рабочих мест на первых порах. 
Попросту, у дверей каждого магазина будут плясать ныне слишком дорогие клоуны. Но буквально назавтра лопнет система социальной поддержки. А затем перестанет расти производительность труда – какого черта инвестировать в нее, если можно нанять дешевую рабочую силу? В точности как на наших на стройках, когда под руками палестинские рабочие, которым так и так не платят минимальную зарплату. Ну, а потом мы жалуемся на дороговизну и качество строительства… Современная экономика однозначно предпочитает рост эффективности механическому расширению. Именно это произошло в ходе нынешнего кризиса, скажем, Америке. Там были безвозвратно потеряны миллионы «старых» рабочих мест. Они уже не вернутся. Взамен создаются совсем другие места – причем без нажима на социальную защиту. Попросту, никто не станет держать четырех секретарш вместо нынешних двух – даже за полцены. Этого либертерианцы-любители не понимают.
Текущий (быть может, завершающийся) кризис ясно продемонстрировал острейшую необходимость в эффективной регуляции – и, кстати, в правительственных поддержке и инвестициях. Чистую рыночную экономику часто сравнивают с «траффиком», с автомобильным движением на автостраде. В самом деле, шоферы на шоссе прекрасно управляются сами, без указаний властей. Верно? До поры до времени – верно. Но как только происходит малейшая авария, образуется тривиальная пробка, выходит из строя один-единственный светофор – и «чистому рынку» конец. Без помощи полиции ситуация уже не разруливается. Так что рынок и регуляция – отнюдь не антитезы друг другу. Они дополняют друг друга. 

- Сейчас много говорят про Данкнера и концерн Ай Ди Би. Недавно Ран Меламед, на страницах этого сайта, задал целый ряд вопросов: каким образом во всей этой истории финансовые учреждения,  венчурные фонды, страховые компании, все те, кто выдавал Дакнеру деньги, выходят сухими из воды? Каким образом принимались решения о кредитовании Данкнера? Они требовали, чтобы он предоставил им гарантии, прежде чем ссужать ему деньги? Высшим руководителям «финансовых учреждений», получающим «директорские зарплаты», базирующиеся на комиссионных, выплачиваются бонусы за наш счет и в том случае, когда их игрища заканчиваются плачевно. Почему никто не считает, что эти люди и эти учреждения должны понести наказание? 

- На мой взгляд, разматывать эту катушку следует с другого конца – с бонусов. Зарплаты руководителей финансовых ведомств в любом случае откровенно завышены – ибо они сами себе их платят. Это их право лишь в одном случае – если ведомство на на 100% частное, что бывает очень редко. Можно и нужно обсуждать эффективность работы финансовых ведомств. Несомненно, они были – вплоть до наступления кризиса – жутко неосторожны и неэффективны. Как известно, все проблемные кредиты были выданы Данкнеру до кризиса – в духе тогдашнего "течения". Сам Данкнер также наделал тьму ошибок. 

Не секрет, в те времена с гарантий нередко не требовали. Собственно, даже когда гарантии давались, их стоимость была резко завышена. Но сегодня налицо другая крайность – получить кредит стало очень сложно, выпустить облигации – почти невозможно. Это наш ответ Керзону? Хотелось бы думать, что нет. Именно поэтому так важна новая, эффективная современная регуляция. Вопрос о том, что за механизмы тут работают, мы сейчас обсудить не сможем. Тем не менее, замечу: акции "Фанни мей" и ее сестер, обанкротившихся де-факто фирм, страховавших до кризиса американские ипотеки, поднялись за последнее время в десять раз. Почему? Да потому, что сейчас становится ясно, что реальные, итоговые потери, вызванные ипотечным кризисом, окажутся гораздо меньше, чем предполагалось. Несомненно, если Данкнер получит время для маневра, "Ай.Ди.Би" не только не обанкротится, но и с шумом вернется – как Джеймс Бонд в очередном фильме. На деле этот концерн далеко не банкрот. Но получит ли он необходимое время? И сумеет ли уплатить требуемую личную цену? Думаю, вскоре мы все это узнаем. 

- В последнее время нередко говорят о кризисе или даже развале Запада, прежде всего, экономическом, затем – культурном. Говорят о полной несостоятельности западного образа жизни, западных политических и экономических моделей. Запад как всегда гниет, прельщая прочий мир запахом? 

- Басня о гибели Запада появляется всякий раз, когда западная же консервативная реакция нос к носу сталкивается с самой замечательной чертой западной цивилизации – ее изменчивостью, ее гениальной способностью адаптироваться к меняющимся условиям. 

- Басню о «закате Запада» пытался продать нам сто лет назад Освальд Шпенглер в « Der Untergang des Abendlandes». 

- Ну, где Шпенглер и где Запад?!
Запад продолжает оставаться (условным, не географическим) регионом, сохраняющим абсолютную монополию на высокие науку, технологию, военный потенциал и, самое главное, производительность труда. Эта монополия не только не подтачивается – она укрепляется. Более того, Запад ухитряется расширяться, правда, медленно, за счет иных коллективов, выбирающих западный путь. Таких, например, как японский, в девятнадцатом веке истребивший своих самураев ради создания западного образца армии, а после поражения во второй мировой войне отказавшийся от древней воинственной культуры ради полного включения в западную лидерскую систему.
Нынешние критики Запада напоминают мне совершенно реальных древних теоретиков, строго осуждавших переход Римской республики на имперские рельсы в начале второго века до н.э. Они предрекали Риму скорую гибель – а ведь Рим только начинал свой забег… 

- Могут ли другие цивилизационные модели конкурировать с Западом? 

- В настоящее время для того, чтобы конкурировать с Западом, необходимо к нему примкнуть. Пока это так, Западу ничто не угрожает. Кроме плохой погоды, разумеется.

С Александром Этерманом беседовал Давид Эйдельман

1 комментарий:

  1. Ну коммунизм это вообще то западная идея.

    ОтветитьУдалить